Размышляет легендарный писатель-фантаст Джин Вулф

Если вы не слышали о Джине Вулфе, это очень печально: ведь сам Нил Гейман называет его «лучшим из ныне живущих американских авторов научной фантастики и фэнтези», а также «возможно, лучшим американским писателем в наши дни». Вулф — обладатель многих престижных премий в сфере фантастики, включая «Небьюлу», «Локус» и Всемирную премию фэнтези.

Одна из причин, почему Джин Вулф не так хорошо известен, в том, что он не старается писать для среднестатистического читателя. В письме к Джорджу Мартину Вулф делится: «Мое понимание великой истории не имеет ничего общего с интересным и разнообразным фоном событий. Я называю великой ту историю, которую читатель с хорошим вкусом воспримет с наслаждением, а от перечитывания получит наслаждение еще более сильное».

Необычны не только книги Вулфа, но и его удивительный и неожиданный взгляд на природу инноваций, которым он поделился в комментариях к рассказу «Солома» из сборника «Этажи старого отеля».

Как победить спартанцев

Действие рассказа «Солома» происходит в Средние века. Группа наемников путешествует на воздушном шаре. Конечно же, в те времена этот летательный аппарат еще не изобрели, и в этом суть мыслей Вулфа и писательской работы в целом. Авторы, в том числе фантасты, исследуют не только другие миры, но и миры, которые могли бы существовать. Джин Вулф говорит, что нет никаких уважительных причин, почему бы человеку не изобрести воздушный шар на несколько тысячелетий раньше.

Вулф писал в своем предисловии к «Этажам старого отеля»:

«Я частенько размышляю о вещах, которые можно было изобрести задолго до реального времени их создания. И о тех вещах, которые легко могли бы появиться, но так и не появились. Очевидно, воздушный шар могли бы придумать еще до конца эпохи Древнего мира. Понадобилась бы только веревка (они уже были), много шелка (его привозили теми же маршрутами, что и пряности), чуть-чуть соломы и железная корзина, чтобы в ней солому поджечь. Никаких механизмов, простейшее устройство: всего лишь мешок над огнем».
 Также Джин Вулф рассказывает еще об одном запоздавшем изобретении.  Спартанцы всегда побеждали во время войн, которые греки вели друг с другом. В качестве вооружения тогда использовались длинные копья и круглые щиты. Но затем гениальный полководец Эпаминонд усовершенствовал щиты, сделав в них вырезы. Теперь солдатам было проще управляться с копьем в правой руке, и благодаря этому фиванцы разбили спартанцев.  Опять же, почему было не придумать щиты с прорезями за тысячу лет до этого? 

«Время парового двигателя» и аргументы против

Джин Вулф считает, что технологические и научные открытия происходят случайно. У этой точки зрения есть противники:  многие полагают, что с ходом истории наступает время, подходящее для определенного изобретения, и тогда несколько исследователей разом додумываются до этой идеи.  То есть паровой двигатель разработали именно тогда, когда настало его время. В поддержку этой теории приводят примеры того, как практически одновременно пришли к идее дифференциального и интегрального исчисления Ньютон и Лейбниц. И как эволюционную теорию придумали разом Дарвин и Уоллес.

Однако Вулф полагает, что во все времена какие-то изобретения сначала возникали, а потом забывались, чтобы быть снова открытыми только спустя долгие тысячелетия.

Древние критяне проводили в домах канализацию. В гробницах Египта находили вырезанную из дерева модель самолета. Солнцезащитные очки у древних египтян тоже были. Технологию гальванопокрытия изобретали как минимум дважды.

Конечно, правдоподобными кажутся обе гипотезы: и та, что считает изобретения делом случая, и та, что относит их к событиям, произошедшим точно в свой срок. Но насколько же захватывает мысль то том, что многие технологические прорывы были утрачены! Возможно, прямо сейчас мы могли бы что-то изобрести, но все еще не сделали этого.

То, что мы забыли изобрести

Есть много примеров того, как человечество не видело изобретений буквально у себя под носом. В своей книге «Антихрупкость» Нассим Талеб заостряет внимание на том, как мы опоздали на несколько тысяч лет с идеей чемодана на колесиках. Это ведь так просто: чемодан плюс колеса. Но его не могли придумать до 1970 года, когда уже давно были изобретены электричество, самолеты, радио и даже ядерная бомба. И саму идею такого чемодана вначале было сложно продать.

Ольмекские игрушки на колесиках
Ольмекские игрушки на колесиках
 Принято считать, что первое колесо изобрели жители Месопотамии  — но и то только в качестве детали для детских игрушек. И опять же им не пришло в голову, как еще можно использовать эту выдумку. Майя и Сапотеки перекатывали гигантские блоки для строительства пирамид на бревнах, а их дети в тот момент играли фигурками животных на колесиках. Тележек и повозок никто не придумал. Возможно, даже для игры эти колесные фигурки не использовались, а только помещались в захоронения. И таких примеров действительно не счесть: греки изобрели зубчатую передачу, но не часы; у александрийцев были простейшие паровые двигатели, но до идеи поезда они не додумались.

Нассим Талеб считает, что причина в слепоте человечества, когда дело касается взгляда в будущее.

 Нам трудно вообразить что-то новое: мы не можем даже придумать инопланетянина, который не был бы комбинацией каких-нибудь земных чудовищ. Даже дракон — это всего лишь смесь птицы, ящерицы, крокодила и змеи. Мозг человека плохо умеет изобретать, по крайней мере, специально. Джон Вульф

Поэтому-то случайность играет такую важную роль в прогрессе. Наши предки не изобрели чего-либо, потому что им не подвернулся удачный случай. Так и мы можем сейчас упускать что-то новое.

Многие из величайших изобретений 20 века появились изначально как забавные безделицы: например, лазер или интернет. Никто тогда и вообразить не мог, какую важную роль они будут играть в будущем. Скорее всего, так же получится и с важными прорывами 21 века.

Так что нам делать?

Жизнь может показаться скучной штукой. Как школьный учебник: зачем учиться, если все ответы уже есть, и их можно подсмотреть на последних страницах? Однако ни в коем случае нельзя позволять себе так думать.

Даже в самых исследованных областях есть место поиску, скепсису, новым открытиям. Огромную массу наших знаний подпирают сваи из прогнившего дерева: неверные статистические выводы, склонность принимать желаемое за действительное, прихоти человеческого восприятия. Все это философ Исайя Берлин называет «неприглядными чертами человечества».

Нам предстоит обдумать еще много вопросов, изобрести еще много вещей. И если не мы, то кто?

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите свой комментарий!
Пожалуйста, введите ваше