MINDup Наука и искусство красоты

Наука и искусство красоты

Некогда читать?

Сохраните ссылку в соцсеть

Играя на пересечении науки, искусства и красоты.

Американский физик Ричард Фейнман — один из создателей, специалист по квантовой электродинамики, Нобелевский лауреат, но, прежде всего, — незаурядная многогранная личность, не вписывающаяся в привычные рамки образа «человека науки».

Он был физиком, но несправедливо заключать его мыслительные способности в рамки всего лишь одной профессии. Фейнман обладал обширным и гибким умом, был способен уравновешивать различные точки зрения.

Наверно, лучшим примером на все времена послужит его мудрое изречение о красоте:

 

«У меня есть друг-художник, и я не всегда могу согласиться с его мнением. Друг говорит, держа в руках цветок: “Смотри, как он красив”, и я соглашаюсь.

А он продолжает: “Понимаешь, я, как художник, могу увидеть красоту цветка. А ты, как ученый, разберешь его на составляющие, и он станет скучной вещью”. И тут я думаю, что друг слегка спятил. Во-первых, та красота, которую он видит, доступна всем людям, и мне в том числе. Возможно, мой эстетический вкус не обладает такой утонченностью, но я ценю то, насколько прекрасен цветок. И в то же время я вижу в цветке намного больше, чем видит мой друг.

Я могу вообразить клетки, из которых состоит растение, и сложные процессы, происходящие внутри него — в них тоже есть своя красота. Не только в больших масштабах можно увидеть красоту, но и в микроскопических: во внутренней структуре и деятельности. Интересно, что яркая окраска цветов появилась в ходе эволюции, чтобы привлекать насекомых-опылителей — это значит, насекомые различают цвета.

И возникает вопрос: существует ли эстетическое восприятие у низших форм жизни? И почему оно является эстетическим? Научное знание порождает столько интересных вопросов, которые только добавляют восхищения, тайны и благоговения перед цветком».Ричард Фейнман

 

 

Наука и искусство красоты

Красота как сущность

Мы используем слово «красивый» очень часто, однако упрощаем его, подразумевая под ним всего лишь пару понятий. Самая обычная ассоциация, которую вызывает слово — это событие или зрелище, способное тронуть нас эмоционально. Понять и осознать конкретное значение не удается просто потому, что это «нечто» очень трудно ухватить и зафиксировать.

Эстетическое восприятие художника, о котором говорил Фейнман, оперирует именно таким пониманием красоты: оно охватывает целостную картину. Люди с таким ощущением не пытаются разложить понятия «любовь», «искусство», «значение» на составляющие, так как понимают, что это бессмысленно. Конкретно определить любовь, искусство или значение можно только для того, чтобы извлечь пользу, но не для познания истины. Когда мы называем что-то красивым, то более не можем подобрать другого значимого определения. Причина в том, что такая красота выражает не конкретное назначение вещи, а кроется в ее цельной сущности.

Если затрагивается мельчайшая часть целого (например, при попытке уменьшить), то весь предмет разрушается. Существует известное выражение «Карта не есть территория» — или, иными словами, как только что-либо получает описание, оно тут же теряет часть своей истинной сущности. Когда мы говорим о красивых вещах, единственный способ понять их — это эстетическое, художественное восприятие, суждение с помощью чувств. То переживание, которое возникает при виде красоты в таком смысле, и есть сущность. Мы все можем ощутить его, но чтобы воспринять это более полно, требуется тонкий взгляд художника. Сущность и есть основная истина. Но это, к счастью, еще не конец истории.

Красота в деталях

Конечно же, Ричард Фейнман был прав, считая, что есть и другой путь, ведущий в ту же точку. На протяжении истории многие говорили, что нечто простое и функциональное (то есть то, что хорошо работает) практически всегда доставляет эстетическое удовольствие. Изящество математических и физических доказательств наталкивает на мысль, что это утверждение может быть верным. Красота научных выкладок ценится сама по себе, а не только из-за чувств, которые они вызывают в человеке. Наука работает не с цельными сущностями, для нее недопустима мысль воспринимать нечто как единое целое, не пытаясь разложить на составляющие. Если бы научное мировоззрение придерживалось такого подхода, прогресс бы значительно замедлился.

Таким образом, наука рождает собственную красоту, которая помогает нам познавать мир, помогает управлять тем, что нас окружает.
Возможно, науке не под силу объяснить сущность, но она открывает новые миры. Мы часто забываем о том, что процесс познания выявляет все больше и больше вопросов. Фейнман знал, что цветы имеют яркую окраску, чтобы привлекать насекомых, и это дало ему ответ, но одновременно открыло дорогу еще более таинственным загадкам.

Глубоко задумываясь о чем-то, что возможно изучить с помощью нашего разума и созданных нами инструментов, мы получаем доступ к новым уровням красоты, каждый из которых обладает собственной истиной. Каждая целостность заключает внутри себя другую, более малую целостность.

Уменьшая, мы не можем охватить целое, но приобретаем еще больше измерений, которые нужно понять и оценить. Красота заключается одновременно и в познании, и в неведении, и каждый может увидеть ее.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Не забывайте об этом

Интеллектуальный вклад Ричарда Фейнмана простирается далеко за пределы его мыслей о красоте, которыми он однажды поделился во время интервью. Это высказывание демонстрирует его уникальный склад ума.

Фейнман знал, что такое парадокс, и продемонстрировал свое понимание, говоря о красоте. И художник, и ученый воспринимают и ценят то, что эстетически прекрасно, но они не могут увидеть вещь так, как видит ее другой.

Художник использует свое отточенное эстетическое чувство, чтобы охватить сущность красоты, не пытаясь уловить ее другими способами. Реальность не всегда удается объяснить и описать словами, нужно уметь судить и с точки зрения чувств.

Ученый же умеет отыскивать подход к деталям. Он способен понимать простоту и функциональность вещей на глубинных уровнях, и это заставляет задавать вопросы, которые ведут к новым тайнам, обладающим красотой. В мире есть то, что мы осознаем, к чему можем прикоснуться, и в этих вещах зачастую есть глубина.

Эти всего лишь два обобщенных подхода, но они демонстрируют образы двух типов красоты, которые существуют в мире. И оба этих типа мы можем увидеть, если поймем, куда и как смотреть. Кто-то, возможно, будет склоняться к первому типу восприятия, кто-то ко второму. Но можно научиться видеть и ценить красоту обоими способами. Реальность вокруг нас одновременно сложна и проста. К счастью, мы способны восхищаться и тем, и другим. Ō- Журнал BŌRDER